Для детей создал книжку “Сказки и повести дедушки Иринея”.

12

Писсарро Камиль (1830-1903)- французский художник.

13

Радищев Леонид Николаевич (1904-1973)- советский писатель, автор многих книг для детей о жизни В.И.Ленина.

14

Черный Саша (1880-1932)- русский поэт-сатирик, для детей создал цикл стихов “Детский остров” (1921).

15

Сезанн Поль (1839-1906)- французский художник.

16

Введенский Александр Иванович (1904-1941)- поэт, прозаик, переводчик, пересказал для детей сказки братьев Гримм.

17

“Гильгамеш”- “Эпос о Гильгамеше” (III тысячелетие до нашей эры)- произведение древневосточной литературы. “Махабхарата” (II тысячелетие до нашей эры)- эпос народов Индии.

18

“Король Матиуш Первый”- книга польского писателя Януша Корчака (1878-1942). Врач и педагог, Корчак посвятил свою жизнь воспитанию сирот в детских домах. Героически погиб вместе со своими воспитанниками во время фашистской оккупации Польши.

Дедушка Маши, Иван Афанасьевич Еремеев, был выходцем из петербургской купеческой среды. По женской линии принадлежал к роду старообрядцев Сидоровых; из этой среды вышли известные всей России Алексеевы, Морозовы, Брюсовы, Хлудовы, Третьяковы. Мать А.И.Пантелеева, Александра Васильевна Спехина, была дочерью купца первой гильдии, выходца из архангельских крестьян.

2

Машина мама, Элико Семеновна, была по матери армянка, а по отцу грузинка.

3

Примечание папы. Вот что делает возраст! Давно ли она в ужас приходила от мысли, что мельник смолол на мельнице Дженнину туфельку. А теперь без зазрения совести сама бросает под эти безжалостные жернова и чулки, и штанишки, и даже тетю Вазу. Что это- жестокость? Нет, это просто взросление. Уже понимает игру, условность искусства.

4

Тувим Юлиан (1894-1953)- польский поэт.

5

Смирнова Вера Васильевна (1898-1969)- литературовед, критик, прозаик.

6

Халтурин Иван Игнатьевич (1902-1969)- прозаик, очеркист, многие годы был на редакторской работе в издательствах Детгиз, “Молодая гвардия”, в журналах “Мурзилка”, “Пионер”.

7

Ходасевич Владислав Фелицианович (1886-1939)- русский поэт, критик.

8

Дега Эдгар (1834-1917)- французский художник.

9

Моне Клод (1840-1926)- французский художник.

10

Ильина Елена Яковлевна (1901-1964)- детская писательница, сестра С.Я.Маршака.

11

Одоевский Владимир Федорович (1803-1869)- русский писатель, журналист, ученый.

Готовлюсь к отъезду, почти не видел ее сегодня. А она весь день самозабвенно работала, клеила какие-то самодельные игрушки, вешала их на елку.

Легла рано, спит сладко и крепко.

Сейчас заглянул к ней, поцеловал ее спящую. Как нежно, как тонко пахнет в комнате ребенком, елочной хвоей, зимним лесом…

* * *

Утром сегодня, за завтраком, спросила меня:

– Папа, а когда ты маленький был, тоже Дед Мороз вам игрушки приносил?

– Нет, кажется, не приносил.

Ужасно огорчилась.

– Неужели? Это же неинтересно- самим покупать игрушки!

Потом вдруг ласково улыбнулась, умилилась:

– Маленький… Алексейчик… повареночек… Под елочкой играет… яйца рубит, а сам читает.

(Это я ей рассказывал как-то о том, как, будучи поваренком, я работал и украдкой читал книжки.)

Разочаровал ее, сказав, что поваренком я стал, когда был уже постарше.

– Да?! А я думала, ты был маленький- такой, как я…

* * *

“Маленький”… “Как я”! Нет, милый дружочек Маша, ты уже не маленькая. Посмотри- в столовой стоит, поблескивая в темноте, уже пятая в твоей жизни елка! А в окно с морозной улицы вот-вот заглянет твой пятый Новый год!

Расти же, дочура милая, на радость нам и всем людям!

С Новым годом тебя, с новым счастьем!!!

Примечания

1

здесь речь идет о родных Маши по отцовской линии.

Вот этого я не могу сказать. Потому что я папу тоже люблю.

* * *

Папа встал сегодня ни свет ни заря. Собирался- в очередь с мамой- идти за елкой. За ними повсюду тысячные хвосты и побоища. А мороз на дворе- 20 с чем-то градусов!

31.12.61.

Сидит дома. Скучает. В сумрачной, по-декабрьски полутемной столовой играет в куклы, разговаривает с ними на разные голоса или просто сядет на тахту и сидит- смотрит в окно, где скучное небо, скучные трубы, унылый дым из высокой железной трубы…

Ждала весь день, что покажу ей кино. Но мне некогда было- ездил по разным делам, работал. Послезавтра еду в Москву, оттуда- в Берлин, в гости к немецким писателям.

Машка умоляет меня не ездить.

Потом смирилась с этой перспективой, только просит привезти ей “маленькую Puppchen”.

* * *

Вдруг спохватилась:

– А как же ты будешь там?.. Ты же ведь не все немецкие слова знаешь!..

* * *

Днем опять помогала мне составлять каталог, читала названия фильмов на коробочках:

– Сивка-бурка, Упрямый котенок, Айболит, Девочка и тигр, Художник Брюллов, Приключения Мюнхаузена, Снегурочка, Старик Хоттабыч, Рассказ сыну Михалкова, Картины Федотова, Щи из топора…

31.12.61.

Вчера писала поздравительные письма: маме и мне. Удивляет меня, как мало ошибок делает она в своих писаниях, как много слов- и трудных слов- пишет совершенно правильно.

25.12.61.

Не гуляли. Машка почти весь день была увлечена “Декоративным искусством СССР”. Сделала еще один экземпляр (то есть номер). Рисует “латышские вазы”, “керамику”, “немецкие чашки”, “чешские вазы” и так далее. Нарисовала домик и сделала подпись к нему: “Какие бывают в Советском Союзе хорошие дома”.

День сегодня прекрасный, солнечный, 5-6 градусов мороза.

Обещали Машке пойти с нею покупать елку.

26.12.61.

Вчера Машка после порядочно долгого перерыва вышла на воздух. С папой и мамой ходила на рынок- покупать елку. Но не купили: от елок остался только запах и большое количество зеленых иголок на снегу.

На морозе ела горячий пирожок с капустой.

* * *

Занималась немецким.

Не может запомнить слово die Gurke. Я ей сказал, что нетрудно запомнить, очень похоже на русское огурец.

Вчера спрашиваю:

– Как по-немецки огурец?

Подумала:

– Ди огуртцхен?

* * *

Ласкается к матери.

– Не любишь ты меня,- кокетничает мама.

– Нет, люблю.

– Правда? Ну, скажи тогда: “Я люблю тебя, мамочка, больше всех”.

– Нет, мамочка.

Машка.

– Правда?

– Честное слово.

– Маша,- говорит мама,- если человек говорит неправду и скажет честное слово, такому человеку никто после не будет верить.

– Ну, мама!- говорит, снисходительно усмехаясь, Машка.- Я же человек веселый. Могу же я иногда пошутить?

– Значит, соврала?

– Ну конечно!

23.12.61.

Наконец состоялось “кино”.

Смотрели четыре фильма: “Трудный вечер” Артюховой, “Сивку-бурку”, “Айболита” и папин новый фильм- “Волшебная палка”.

Смотрела всё с интересом, хотя “Палка”- очень даже так себе.

* * *

Видела во сне бабушку. Рассказывает мне об этом:

– Я часто вижу бабушку. То вижу, то не вижу. Как диатез.

То есть неожиданно, как вспышки диатеза.

24.12.61.

Много рисовала, читала. Читали и мы ей.

Насмешила и растрогала нас (особенно маму), изготовив самолично журнал под названием: “Дикаративное искуство СССР”.

В журнале- рисунки мебели, керамики, посуды, женские и детские костюмы.

Даже год указан: 1961.

И цена: “Цена 5″.

Маму особенно умиляет “СССР”.

* * *

Сейчас играет- “делает уборку к Новому году”.

Спрашивается, для чего я это делаю, то есть прибегаю к такому “натурализму” в изображении детского коллектива? Сознательно делаю, сознательно прибегаю.

Поскольку игра со мной в какой-то мере заменяет Маше (как суррогат, конечно) настоящий коллектив, я стараюсь “рисовать” этот коллектив таким, какой он есть на самом деле, не идеализируя и не лакируя. Тогда при встрече с коллективом настоящим, не игрушечным, может быть, меньше будет разочарования.

Короче говоря, наша игра- это, так сказать, допризывная подготовка.

17.12.61.

За окном декабрьские сумерки. Стоит туман. С крыш течет. Голуби прилепились к стене дома на той стороне улицы.

Машка весь день пролежала, вернее просидела, в постели. Опять делает книжечки. Сочиняет книгу под названием “Аннабелла в стране чудес”.

20.12.61.

Солнечный зимний день. Шесть градусов мороза.

Машка хворает. Сидит у себя в постельке, разглядывает картинки в книге Пыляева “Старый Петербург”.

21.12.61.

Делала сегодня из тетрадочной бумаги книжечки. Потом делала “журнал”. И там- рассказ “Мой папа”:

“Когда мой папа был маленький, он был холостой”.

* * *

А сейчас сидит и по-нарошному читает:

– Жи-ла бы-ла де-воч-ка Маш-ка…

– Не может быть,- говорит мама.- Так и написано Машка?

– Да.

– Машка?

– Да.

Солнце. Но что-то безрадостное в этой белоглазой зиме.

16.12.61.

Занимались немецким и арифметикой.

Не перестаю удивляться чуду перевоплощения. Когда мы играем в школу и я наряду с ролью учителя Алексея Ивановича исполняю еще роли всех девочек и мальчиков, учителя Карла Карловича, директора Семена Федоровича и других,- Машка по-настоящему, по-зрительски, по-театральному, забывает, что перед ней стоит или сидит папа.

Есть у нас в классе девочка Ира Снегова, новенькая. Девочка туповатая, расхлябанная. Почему-то с первого дня она возненавидела Машу Пантелееву. Читая письменный текст, Машка прочла вместо ежик- ёмсик. С тех пор Ира Снегова не дает ей прохода, на каждом шагу дразнит:

– Ёмсик, ёмсик!!

Маша краснеет, глаза ее наливаются слезами. Если бы ее поддразнивал папа, ни слез, ни румянца на щеках, конечно же, не было бы.

С этой Ирой у нее очень сложные отношения. Она ее все-таки любит. И оправдывает:

– Просто у нее язык все время чешется. А она вообще хорошая, Алексей Иванович…

И еще призналась мне (то есть учителю):

– Мне тоже хочется ее как-нибудь поддразнить, но я терплю.

Я нарочно ушел подальше, не слушая ее жалобных криков.

И помогло.

Через час уже совсем самостоятельно втаскивала санки, самостоятельно усаживалась в них (правда, в не очень удобной позиции) и самостоятельно скатывалась. Даже другим детям помогала: поднимала кого-то, стряхивала снег.

* * *

Вчера вечером сидит в коридорчике на горшке и поет:

Ах вы, милые, кусачие мои!

Вы хорошие, кусачие мои!..

Мама говорит:

– Ты что поешь?

– Это я маленьких людоедиков укачиваю.

– Нашла кого укачивать! Противные, кусачие! Фу!

– Ах, мама! Это для нас маленькие людоедики нехорошие, а для своей мамы они хорошие.

14.12.61.

Засыпала вчера хорошо- отчасти потому, что много была на воздухе, набегалась, надышалась, отчасти же потому, что был выставлен (мамой) ультиматум: “Быстро уснешь- завтра будем вместе стирать: мама- большое белье, ты- маленькое, кукольное”.

Сегодня с утра во власти этой идеи.

15.12.61.

Весь день проторчала дома. Стирала белье. Полоскала, выжимала. Вешала на веревочках сушиться.

* * *

Мороз и сильный ветер. 14 градусов.

Катались с горки.

Машка совершенно не умеет вести себя в обществе детей и очень часто выглядит единицей среди ноликов. И, главное, сама себя так ощущает. Нет, не заносится, не “воображает”, а просто не может найти свое рядовое место в строю. Не видит, например, что на горку очередь. Способна на самой горке, на скате горы, нагнуться и начать поправлять штаны или застегивать ботик, не замечая, что за ней выстроилась очередь. Налетает на ребят. Все это только от недостатка опыта, от той тепличной (да, тепличной, хотя в этой теплице и открываются усиленно “форточки”) жизни, какой она у нас живет.

Достается ей, бедняге. Но без этого нельзя. В этом смысле надо ее муштровать, то есть приспосабливать к тому строевому темпу, в какой ей через год-два придется включиться.

13.12.61.

День зимний, солнечный, морозный. Окна по-декабрьски разукрашены узорами.

Каталась на санках с горки. Поначалу огорчала и даже возмущала меня. Влезет на невысокую горку, втащит туда салазки и кричит на весь сад:

– Папочка! Папсиночка! Дай ручку!

А сзади- очередь.